ПАНОПТИКУМ ИНК. (МОСКВА, ВЛАДИКАВКАЗ, ЧЕЛЯБИНСК)
51-я зима Нафанаила Вилкина
о спектакле
Мы все привыкли к рассказам, отрывкам, историям, взятым из жизни выдающихся людей. Миллион историй про писателей, композиторов, учёных, художников, космонавтов, интересных личностей, которые в своём деле преуспели больше остальных.

Казалось бы, что может быть интересного в обычном русском мужике, мимо которого мы каждый день проходим по улице, с которым едем в автобусе, стоим в очереди в магазине, даже не зацепившись за него взглядом. Никто не подозревает, что за этой неприметной внешностью скрывается целый космос.

В этом спектакле нам как раз предоставляется возможность заглянуть в этот космос и найти подобный ему в себе. Один единственный персонаж на сцене неторопливо рассуждает о жизни и смерти, о добре и зле, о любви и ненависти, о сложных вещах простым, порой даже примитивным языком. В его биографии нет ничего выдающегося, но каждая история заслуживает отдельного спектакля. Они почти не связаны между собой, отрывки из жизни одного человека, но история движется так целостно и динамично, что время пролетает незаметно. Печальные истории, пронизанные тоской и безнадёжностью, рассказываются с такой любовью к человеку, к его простоте, что практически весь спектакль улыбка не сходит с лица смотрящего.

Очень важное место в спектакле занимает живое музыкальное оформление, которое становится ещё одним полноценным персонажем спектакля. В некоторых историях главный герой взаимодействует с музыкой настолько тесно, что возникает ощущение диалога между ними и становится совершенно ясно, что они неотделимы друг от друга. Спектакль поставлен в минималистичном стиле, атмосфера создаётся за счёт артистов, музыкальных инструментов и визуальных эффектов.
Режиссер
Алексей Андросов

Актеры
Алексей Сусов
Сослан Коцлов

Художник по свету
Никита Кузин

Текст
Лора Белоиван

Продолжительность
1 час
Рецензии
«Пьеса Лоры Белоиван «Пятьдесят первая зима Нафанаила Вилкина» — это новая деревенская проза, а впрочем, и не проза даже, а переложение всей несуразицы нынешней жизни на поэтический в гоголевском смысле лад. Герой — обычный деревенский мужик, оставшийся без работы, когда закрыли близлежащую шахту, и без ориентиров, потому что слишком быстро и слишком разительно изменилось всё в понятной раньше жизни.

И видимо, нужен был в этой пьесе мужской противовес авторской женской зоркости: ироничный с налетом цинизма (что всегда подкупает) взгляд режиссера, душевная щедрость актера-рассказчика и неровно дышащая в руках музыканта осетинская гармоника. Так сложился подлинно мужской и очень своевременный монолог. Да, актеров на сцене двое, но они — ипостаси одного героя. Одного не меняющегося веками русского мужика — на таких, говорят, земля держится.

Что еще о нем расскажешь? Зовут Нафанаилом, и само это имя — из пограничья между далеким богом и привычной хтонью, в котором находится герой. Так звали одного из библейских апостолов — Нафанаил, Варфоломей, «данный Богом». В русской традиции нам привычнее другое упоминание — отрока Варфоломея, ставшего в монашестве Сергием. Для художника Нестерова, посвятившего преподобному Сергию Радонежскому целый цикл работ, отрок, причастившийся знанию, был символом надежды на возрождение русской духовности. На то, чего сейчас — еще? уже? — нет. Случайна ли эта параллель для автора?» (читать полностью)

— Виктория Лещук (Афишка31)
Паноптикум инк. (Москва, Владикавказ, Челябинск)
51-я зима Нафанаила Вилкина
Made on
Tilda